Вчера, уж солнце рдело низко,
Средь георгин я шел твоих,
И как живая одалиска
Стояла каждая из них.
Как много пылких или томных,
С наклоном бархатных ресниц,
Веселых, грустных и нескромных
Отвсюду улыбалось лиц.
Казалось, нет конца их грёзам
На мягком лоне тишины, —
А нынче утренним морозом
Они стоят опалены.
Но прежним, тайным обаяньем
От них повеяло опять,
И над безмолвным увяданьем
Мне как-то совестно роптать.